Эротические элементы в южнославянском ряжении

Болтаем на любые темы
Ответить Пред. темаСлед. тема
Гость
 Эротические элементы в южнославянском ряжении

Сообщение Гость »

Эротические сюжеты в ряжении южных славян наиболее характерны для карнавального обряда кукери, распространенного у болгар восточной Фракии и в отдельных областях на востоке и юго-востоке страны. Научное описание обряда и его изучение с точки зрения происхождения, генетической и типологической общности с другими подобными комплексами ритуалов продолжается более столетия. При этом так называемые «фаллические элементы» обряда, соотносимые с эротическими играми культа Диониса, рассматриваются главным образом как следы фракийского наследства у южных славян. Между тем именно эта форма выражения общей для многих народов (в том числе славянских) идеи плодородия, плодовитости особенно распространена в зимнем ряжении южных славян. Возможно, структурно-типологический и ареальный подход к проблеме позволит отойти от «постоянного выделения фракийского происхождения обряда, что ведет к недооценке его славянской древности». Не отождествляя рождественские и новогодние обходы ряженых с обрядом «кукери» (и другими играми на масленицу), и те и другие тем не менее целесообразно рассматривать в одной плоскости (как это делал еще М. Арнаудов в своей знаменитой работе «Кукери и русалии»), поскольку обходы ряженых в течение всего зимнего периода имеют ряд сходных признаков, отраженных в названиях обходчиков, способах преображения (масках, одежде, атрибутике) и ритуалах.
Изображение
Множество обрядовых действий ряженых направлено на обеспечение урожая и плодовитости скота (например, «продуцирующее» битье специальными прутиками людей, животных, построек или «верчение» каравая, благопожелания и т. д.), но в определенных ритуалах этот смысл передается нарочито откровенно, в бесконечно дублирующих друг друга формах, начиная с подражания, игровой имитации самого акта воспроизведения жизни и включая все сопутствующие ему ритуальные жесты, мимику, игры, инсценировки, выкрики, песенки, шутки. В тех случаях, когда «основная форма» такого типа отсутствует, сохраняется ряжение в соответствующих персонажей (в гипотетически полном варианте выполняющих требуемые действия): «кукера» и «бабу», «деда» и «бабу», «зятя» и «невесту», «старца» и «молодуху», «старца» и «невесту» и т. д. Широко распространенный в южнославянском зимнем ряжении вариант «свадьбы» иногда сводится к «венчанию молодых» «попом», что для данного типа ряжения можно считать одной из самых пристойных форм выражения идеи плодовитости, хотя даже в этом случае нередко исполняются весьма двусмысленные игровые сцены, например, проверка честности «невесты», когда «свекровь», окрасив рубашку в определенном месте красной краской, показывает ее зрителям.
Изображение
Среди разнообразных сценок и пантомим ряженых одно из центральных мест занимает вызывающее смех и оживление публики «совокупление» свадебных персонажей. Так, в Босилеградском крае (на границе южной Сербии и западной Болгарии) ряженые на Новый год «джама-лари» перед каждым домом «венчают» «невесту» (т. е. переодетого в женскую одежду мужчину), после чего валят ее на землю и «дедица» совершает определенные движения с помощью прикрепленного между ногами деревянного фаллоса, завернутого в кожу. Те же ритуальные действия исполняли в этих краях «коледари» от Игнатова дня до Сочельника, в результате чего оказались «нетерпимы» для окружающих, и обычай стал исчезать.
Сцена соития с «молодой» во время обходов колядующих отмечена также и в соседних областях западной Болгарии: в Кюстендильском крае, Софийском округе. Распространенная в западной Боснии и примыкающих к ней областях Хорватии рождественско-новогодняя процессия чароjице (чараице) также включала традиционную свадебную пару: во время обходов «дед» скакал на «молодую» и производил движения, как при половом акте. В некоторых селах считалось, что урожай будет большим у тех хозяев, которых посетят чароjице: участники обряда «шутили с женщинами и девушками», а «старик» приставал к «молодой». В Буковице (Далмация) ряженые чароjице ходили по домам на масленицу, двое из них («самые противные») рядились в «деда» и «бабу», дурачились, когда их спрашивали: «Что дед делает с бабой?», а в домах, где оказывалось только мужское общество, «дед» валил «бабу», после чего ряженые получали подарки. В действиях болгарских «кукеров» подобные сцены являются, как правило, одним из необходимых компонентов всего представления: «половой акт» обычно совершают «кукер» и «баба» или «дед» и «баба», подталкиваемые выкриками зрителей или по собственному желанию; после этого следует важное ритуальное завершение начатого — «баба» рожает «ребенка» (выпускает из-под платья котенка или щенка, показывает женщинам вырезанного из дерева «ребенка», выбрасывает на землю куклу с фаллосом, сделанным из красного перчика, и т. д.).
Вокруг этого центрального обрядового сюжета группируются дублирующие его по смыслу ритуальные действия. Например, в Страндже (юго-восточная Болгария) вслед за «дедом» и «бабой» половой акт иногда имитируют «цыган» и «цыганка», «кукеры» обслуживают подобным образом (кукерисат) всех женщин и мужчин на своем пути (за что получают плату), а в окрестностях Лозенграда главный «кукер», обнаружив в толпе своего знакомого, «разбирающегося в шутках», вытаскивал его на середину улицы «головой вниз» и, вынув из одежды искусственный фаллос, перед глазами собравшихся, «даже женщин», имитировал известное действие.
Изображение
Особым вниманием у «кукеров» пользовались бездетные женщины: в ряде болгарских сел главный «кукер» при обходе домов или на сельской площади прилюдно дотрагивался до ног бездетных женщин деревянным фаллосом; за эту роль ему платили деньги. В селах на северо-востоке Болгарии «кукеры» приставали с непристойностями только к девушкам, поэтому те не смели показываться на улице без сопровождения женщины или мужчины. Заметим, что функцию оплодотворения имеет и ритуальное использование воды (аналога мужскому семени, из которого символически рождается «царь» «кукеров»): «баба» и «цыганка» моют свои «половые органы» водой из источника, где «родился» «царь» или «крестник».
Изображение
Наличие у ряженых определенного инструмента для описываемых действий — деревянного фаллоса — в основном характерно для процессии «кукеры»: как правило, это хорошо обработанная, до повторяющих оригинал деталей, палка, которую целиком окрашивают в красный цвет (или покрывают красной краской только ее конец) длиной до 15 см, а иногда и до полуметра, что, видимо, должно обеспечить лучший результат ритуальных действий. Подобные атрибуты ряжения встречаются и у участников новогодних обходов: по свидетельству И. Захариева, «дедица» из «джамаларской» дружины в Каменице (западная Болгария) носил скрытым под одеждой фаллос 30–40 см длиной «с добре начервенена глава» и показывал его при удобном случае как женщинам, так и мужчинам. Иногда в роли этих «инструментов» использовались деревянные сабли: с их помощью персонажи «кукерских» процессий не только изображали бой, но и совершали «подчеркнуто фаллические действия» по отношению к женщинам и девушкам. После исполнения обряда «фаллос» «кукера» бросали в хлебное поле или подкладывали в сумку мужу, жена которого была бездетной.
Изображение
Обрядовый реквизит такого рода часто напоминают и традиционные палки, посохи, дубинки колядующих, на что обратил внимание Б. Ристовски: «Колядующие в некоторых местах западной Македонии носят палки-коледашки с кушки на одном конце (что должно символизировать мужской половой орган), которыми они выкапывают ямки около обрядового костра». С этой точки зрения более точное осмысление могут получить действия колядующих (и полазника), когда при обходе домов они ворошат («ковыряют») пепел в очаге со словами традиционных пожеланий плодородия и плодовитости.
Женские отличия ряженых в бабу или в невесту, помимо одежды, иногда подчеркиваются искусственной грудью: «гърди на жена» готовят тайком, а затем подкладывают в платье, что вызывает иронический смех публики. В ряжении «кукеров» возможны варианты двойного обрядового травестизма. Так, в одном из сел Странджи «баба» (которую всегда играет женатый мужчина, имеющий много детей), помимо пряжи и веретена, держит в руках куклу, одетую как девочка, но имеющую под платьем фаллос — маленький красный перчик.
Изображение
Пожалуй, ряд элементов в описываемых ритуалах наводит на мысль о специальных мерах предосторожности (оберегах), предпринимаемых в отношении известного символа мужского достоинства. В этом плане логичным представляется использование женского платья для куклы-«ребенка» мужского пола, а также и различные инсценировки с убитым «старцем» («дедом», «кукером»), во время которых дается специально заниженная оценка его органов тела. В селах Велеса (Македония) вечером под Новый год ряженые разыгрывают представление с убийством «старца». Другой «старец» «отсекает» его части тела, предлагая хозяину голову в качестве горшка, ноги — вместо палок, а половой орган — вместо ткацкого челнока. Воскрешение «старца» происходит только после разговора об этой части тела; используются и более непристойные способы «воскрешения»: «баба» поднимает соответствующее деревянное изделие, спрятанное в одежде «старика»; две «невесты» приседают над ним и делают вид, что мочатся, второй «старик» дует на него сзади ниже спины.
Изображение
Другой персонаж центральной пары в южнославянской «свадьбе» ряженых — «баба», «невеста», «молодая» — постоянно оказывается в поле зрения как участников обряда, так и зрителей-мужчин. И те и другие пытаются ущипнуть, приласкать или даже украсть «бабу». Так, в Куманово (Македония) на святочных персонажей «баб» набрасывались мужчины-хозяева и тащили в дальнюю комнату, «деды» же спасали их, нападая на грабителей. Иногда разыгрывались сценки, в которых хозяина, давшего денежку «молодой», обвиняли в аморальных с ней отношениях, что служило предметом вымогания следующей платы. В области Пиянец (сербско-болгарское пограничье) специально выбранные для этой роли участники новогодней дружины были призваны охранять «молодую невесту» от неприличных покушений на нее хозяев. В Пиринских селах (юго-западная Болгария) некоторые хозяева во время карнавальных игр бабугери выкрадывают и прячут «невесту», полагая, что в этом случае год будет урожайным. Члены дружины нападают на похитителей, и хозяин платит двойной выкуп. При встрече же с аналогичной процессией ряженых происходила настоящая битва «за невесту». В играх «кукеров» «невеста», как известно, также была объектом притязаний участников представления и зрителей. Даже в тех «кукерских» обрядах, которые признаются лишенными эротических элементов, встречается, например, ритуал, в котором по обходе домов «кукеры» развалят, булката — снимают с нее платок и купают. Неоднозначность ритуала отражается в его названии: болг. разваля значит «разрушить, разломать» и «испортить, развратить».
Как показывает карта «Ряженая пара старцев», составленная по предварительным материалам «Этнологического атласа Югославии», ряжение в «деда» и «бабу» на масленицу характерно для зоны штокавского икавского диалекта на динарской территории и восточногерцеговинского диалекта на территории Лики, Кордуна, Бании, Славонии. Менее системно и последовательно наличие обоих персонажей (или только одного из них) прослеживается в архаических этнокультурных анклавах типа зетско-цетиньского, южноморавского и др.
Изображение
Характерное для зимних игр ряженых разнузданное, всепозволяющее веселье дополняет соответствующее речевое поведение участников и зрителей. Непристойные слова из публики и «циничные» благопожелания «кукера», «невесты» сопровождают один из основных «кукерских» ритуалов — запахивание. Наиболее употребительное в день исполнения «кукерского» обряда слово «X…» звучит, когда «кукер» точит фаллос о колесо перевернутой телеги, при «отбеливании полотна» (бросают три нитки в воду и бьют по ним палками) и т. д. В западной Македонии записаны многочисленные мрсни, гнасни, безобразии песни (песни скабрезного характера), которые под Рождество исполняются колядующими вокруг ритуального костра. В этих колядках «особенно выразительно, просто как гимн, звучит восхваление половых органов и полового акта», причем соответствующие слова и выражения выкрикиваются как можно громче. «Песни, которые нельзя написать», исполняются и во время колядных непристойных сцен в сербских областях. В Македонии колядующие пели их и во время обходов домов, причем родители девушек, которым песни были адресованы, поощряли исполнителей, воспринимая услышанное как похвалу дочерям.
Изображение
Совершенно очевидно, что фаллическая основа или, иными словами, вариации игровых сцен на тему свадьбы прослеживаются в зимней обрядности южных славян на достаточно большой территории восточной и западной части Балканского полуострова (включая и северно-греческие области). Концентрация эротических элементов заметна в южной части рассматриваемого ареала (западно-динарской, южно-моравской и южно-шопской, восточно-балканской и особенно македонской и родопско-фракийской зонах). Тем не менее нельзя считать закрытым вопрос центра и периферии (а также и направления) распространения подобных ритуалов, при том, что известны (может быть, менее откровенные по форме воплощения) эротические мотивы в зимнем ряжении у восточных и западных славян.
Изображение

Ответить Пред. темаСлед. тема

Быстрый ответ, комментарий, отзыв

Изменение регистра текста: 
Смайлики
:) :( :oops: :roll: :wink: :muza: :sorry: :angel: :read: *x) :clever: :thank_you:
Ещё смайлики…
   
К этому ответу прикреплено по крайней мере одно вложение.

Если вы не хотите добавлять вложения, оставьте поля пустыми.

  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение